Поезд лязгал колёсами, раскачиваясь на стыках рельсов, а я сидел в купе и пялился в окно, где мелькали тёмные силуэты деревьев. Вечер, полумрак, вагон почти пустой. Я возвращался из командировки, уставший, но с каким-то зудящим желанием в груди — хотелось приключений, чего-то острого, живого. В купе, кроме меня, никого не было, пока дверь не отъехала с грохотом, и в проёме не появилась она.
— Ой, это моё место, да? — голос у неё был низкий, игривый, будто после бокала вина. Я поднял глаза и чуть не подавился воздухом. Передо мной стояла сочная милфа лет под сорок, с фигурой, от которой у любого мужика мозги бы поплавились. Высокая, с длинными тёмными волосами, стянутыми в небрежный пучок, и телом, которое кричало о сексе. Обтягивающие чёрные леггинсы подчёркивали её круглую, упругую жопу, а чёрная футболка с глубоким вырезом еле сдерживала большие, тяжёлые сиськи. На пальце — обручальное кольцо, блестящее, как напоминание о том, что она чья-то жена. Бля, да это только подогревало.
— Ага, ваше, — я улыбнулся, стараясь не пялиться слишком откровенно, но глаза сами скользили по её изгибам. — Садитесь, места полно.
Она плюхнулась напротив, бросив сумку на полку. Леггинсы натянулись ещё сильнее, обрисовав каждую складочку между её бёдер. Я сглотнул. Она поймала мой взгляд, но вместо того, чтобы смутиться, слегка усмехнулась.
— Долгая дорога, да? — сказала она, поправляя волосы. — Я Лена, кстати.
— Макс, — я протянул руку, и её ладонь оказалась тёплой, мягкой, с длинными пальцами. — Едешь далеко?
— До Питера. Муж дома ждёт, — она хмыкнула, будто это была шутка, и посмотрела на меня с лёгким вызовом. — А ты?
— Туда же. Один, — я сделал акцент на последнем слове, и её бровь чуть дёрнулась. Напряжение между нами повисло сразу, как ток в воздухе перед грозой.
Мы болтали минут десять — о ерунде, о поездах, о том, как скучно тащиться всю ночь. Я предложил выпить за знакомство. У меня в сумке была бутылка виски, купленная в duty-free. Лена сначала отнекивалась, мол, "не пью с незнакомцами", но после пары моих шуточек согласилась.
— Ну ладно, за знакомство, — она подняла пластиковый стаканчик, и её губы, полные, с тёмной помадой, коснулись края. Я смотрел, как она глотнула, как её горло дрогнуло, и уже представлял, как эти губы скользят по чему-то совсем другому.
После второго стакана она расслабилась, щеки порозовели, а глаза заблестели. Я решил поднять ставки.
— Сыграем в "правду или действие"? — предложил я, чувствуя, как кровь стучит в висках.
— Ого, Макс, ты прям затейник, — она рассмеялась, но в её голосе было что-то игривое. — Ладно, давай. Я первая. Правда.
— Хм... — я сделал вид, что думаю. — Когда ты в последний раз изменяла мужу?
Её глаза расширились, но она не отвела взгляд. Усмехнулась, откинулась на спинку сиденья, отчего её сиськи чуть подпрыгнули.
— Прям в лоб, да? — она помолчала, будто решая, врать или нет. — Никогда. Но... фантазии были. — Она посмотрела мне прямо в глаза, и я понял, что это не просто слова. — Моя очередь. Действие.
— О, смелая, — я ухмыльнулся. — Поцелуй меня. В щёку.
Она закатила глаза, но наклонилась ближе. Её волосы пахли чем-то сладким, а когда её губы коснулись моей щеки, я почувствовал, как её дыхание обожгло кожу. Она задержалась на секунду дольше, чем нужно, и отстранилась с лукавой улыбкой.
Игра пошла дальше. Вопросы становились всё откровеннее, действия — наглее. Я попросил её снять футболку на пять секунд, и она, хихикая, стянула её через голову, обнажив чёрный кружевной лифчик, который еле удерживал её груди. Они были такие полные, такие мягкие на вид, что у меня в штанах всё напряглось. Она заметила, как я смотрю, и вместо того, чтобы смутиться, подмигнула.
— Твоя очередь, Макс. Действие, — сказала она, облизнув губы.
— Стяни с меня ремень. Руками, — я сказал это тихо, но с напором, глядя ей в глаза.
Она замерла, но потом медленно наклонилась ко мне. Её пальцы скользнули по моему животу, задели пряжку ремня, и я почувствовал, как её ногти слегка царапнули кожу. Она не торопилась, будто наслаждаясь моментом. Ремень с лязгом упал на пол, а её рука задержалась у меня на поясе. Я видел, как её грудь вздымается от учащённого дыхания.
— Ты что, правда хочешь зайти так далеко? — прошептала она, но в её голосе не было протеста, только любопытство и что-то ещё... похоть.
— А ты? — я наклонился ближе, чувствуя её тепло. — Скажи, Лена, ты ведь хочешь, чтобы я тебя трахнул. Прямо здесь, в этом купе.
Она сглотнула, её глаза забегали, но потом она кивнула, почти незаметно. Это был сигнал. Я схватил её за талию, притянул к себе и впился в её губы. Она ответила сразу, жадно, её язык скользнул ко мне в рот, а руки вцепились в мои плечи. Поцелуй был мокрый, горячий, с привкусом виски и её помады.
Я отстранился, задыхаясь, и рванул её леггинсы вниз. Они сползли с её бёдер, обнажив чёрные стринги и полоску тёмных волосков на лобке. Чёрт, она была такой сочной, такой настоящей — не вылизанная моделька, а женщина с плотью, с запахом, с желанием. Я развернул её, поставил раком на нижнюю полку, так что её жопа торчала передо мной, круглая, мягкая, с лёгкими следами от швов леггинсов.
— Макс, ты... о боже, — она задохнулась, когда я шлёпнул её по заднице, не сильно, но звонко. Её кожа покраснела, и она выгнулась ещё сильнее, будто прося ещё.
— Хочешь, чтобы я тебя выебал, шлюха? — я сказал это грубо, но она только застонала в ответ, кивая. Её стринги были мокрыми, я видел, как ткань прилипла к её губам. Я стянул их одним движением, и её киска открылась передо мной — розовая, блестящая, с капельками влаги. Я расстегнул джинсы, и мой хуй, уже твёрдый как камень, вырвался наружу. Она обернулась, посмотрела на него, и её глаза расширились.
— Бери в рот, — приказал я, и она, не говоря ни слова, опустилась на колени. Её губы сомкнулись вокруг головки, горячие, влажные, и я чуть не кончил сразу. Она сосала жадно, глубоко, заглатывая мой член почти до основания. Слюни стекали по её подбородку, она давилась, но не останавливалась, её глаза *** смотрели на меня снизу вверх, полные похоти. Я схватил её за волосы, направляя её голову, долбя её глотку, пока она не начала хрипеть. Чёрт, это было так горячо, что я еле сдерживался.
— Хватит, — я выдернул её голову назад, и она ахнула, вытирая слюни с подбородка. Я снова поставил её раком, шлёпнул по жопе ещё раз, сильнее, и вошёл в неё одним резким толчком. Она вскрикнула, но тут же прикусила губу, чтобы не орать. Её киска была тугой, горячей, обхватывала меня так, будто не хотела отпускать. Я начал двигаться, сначала медленно, чувствуя каждый сантиметр её внутри, а потом быстрее, долбя её так, что полка скрипела, а её сиськи подпрыгивали под лифчиком.
— Да, бери меня, трахай, — шептала она, её голос дрожал, а пальцы впивались в простыню. Я шлёпал её по заднице, оставляя красные следы, и она стонала громче, уже не сдерживаясь. Её оргазм накрыл её резко — она задрожала, её киска сжалась вокруг моего хуя, и она почти закричала, зажав рот рукой. Я чувствовал, как она течёт, как её соки стекают по моим бёдрам.
Я не мог больше терпеть. Схватив её за бёдра, я вгонял в неё всё глубже, пока не почувствовал, как всё внутри сжимается. Я кончил, мощно, глубоко, заполняя её влагалище спермой. Она ахнула, выгнувшись, и я почувствовал, как её тело содрогнулось ещё раз, будто она кончила снова.
Мы рухнули на полку, оба задыхаясь. Она повернулась ко мне, её лицо было красным, волосы растрепались, а глаза блестели. На её губах играла похотливая улыбка.
— Это... это было пиздец, — выдохнула она, и мы оба рассмеялись, хотя у меня сердце всё ещё колотилось.
— Мужу не расскажешь? — спросил я, вытирая пот со лба.
— А ты как думаешь? — она подмигнула, натягивая леггинсы обратно. — Но это было... охрененно.
Поезд продолжал стучать колёсами, а я смотрел на неё и понимал, что эта ночь в купе останется в моей памяти навсегда.