Верный рыцарь
В одном чудесном королевстве был замечательный обычай. Если жена благородного рыцаря изменяла ему, например, когда он был в походе или на войне, то такой рыцарь, узнав об измене жены просил у неё прощения, стоя на коленях.
В одном чудесном королевстве был замечательный обычай. Если жена благородного рыцаря изменяла ему, например, когда он был в походе или на войне, то такой рыцарь, узнав об измене жены просил у неё прощения, стоя на коленях.
Я отправился в туалет не одевая халат совершенно голым, поскольку это самая удобная для меня «одежда». Закончив свои дела я вышел из туалета и отправился в нашу с Машкой комнату. Из двери напротив мне на встречу вышла…
В армии самый напряжённый период не военные учения различного профиля, как опрометчиво пишут различные корреспонденты, порой совершенно не знакомые со спецификой армейских будней, а вроде такой с виду прозаический период, как увольнение в запас.
Прошло две недели с той бани. Я старалась не думать о том, что случилось, но каждый раз, когда Саша обнимал меня или ложился рядом в постели, перед глазами всплывали те лица, те руки, тот скрип дивана.
Диана уже потеряла надежду успеть домой к ужину. Пригородная дорога была практически пуста, а такие простые и приятные вещи, как Яндекс-такси или аналог, ещё не добрались до их маленькой и гордой восточноевропейской страны.
Катя с Лёшей жили вместе уже два года. Он был классный: смешной, добрый, всегда таскал ей кофе в постель. Но в сексе — тоска. Лёша старался, но его среднестатистический хер в 14см и пять минут возни не могли довести Катю до оргазма.
Ольга узнала об измене мужа случайно, и это открытие перевернуло её мир. Всё началось утром, когда Сергей, спеша на работу, забыл свой телефон на кухонном столе. Она не собиралась копаться в его вещах — просто хотела…
То что, я расскажу, меня до сих пор охватывает бурными воспоминаниями. Зовут меня Жанна, мне 26, закончила техникум пару лет назад. Брюнетка, хорошая фигура, пухленькая попка, грудь 2 размера, всё что так любят мужчины…
В наших краях в это время уже было довольно тепло, а мы сели в самолёт и полетели к снегу, на один известный горнолыжный курорт. Лена на горных лыжах не каталась, но я пообещал сводить её там в рестораны, в музеи…
Ира стояла у окна, теребя занавеску. Двор был серым, мокрым, как её жизнь. Ей было 37, и она ненавидела всё: мужа Диму, его пьянки, эту квартиру. Дима, прораб с грубыми руками, вчера наорал на неё из-за холодного борща и вырубился на диване.