Измена в номере отеля
Ночь, номер в отеле на две комнаты. Ты выглядишь как всегда потрясно и очень сексуально. На тебе тоненькие стринги и прозрачная темно-серая ночнушка и чулки в тон. Все подчеркивает твою точеную фигуру: мягкие мячики…
Ночь, номер в отеле на две комнаты. Ты выглядишь как всегда потрясно и очень сексуально. На тебе тоненькие стринги и прозрачная темно-серая ночнушка и чулки в тон. Все подчеркивает твою точеную фигуру: мягкие мячики…
Мы с моей супругой Тоней уже целый год живем как муж и жена. Меня зовут Игорь, и мне тридцать два года. А моей жене Тоне всего лишь двадцать семь. Между нами, разница в пять лет, но мы ее совершенно не ощущаем.
— Любимая, ты самая замечательная жена во всём мире, ты не сделала ничего ужасного. Тем более я тебя обманул и устроил это, но по другому бы не получилось. Пойми, то что произошло ни как не повлияет на мою любовь к тебе.
Хочу поделиться своей историей, которая приключилась со мной пару месяцев назад, и до сих пор вызывает лёгкий румянец на щеках, когда вспоминаю. Я возвращалась поздно вечером с корпоративной вечеринки – напилась вина…
Я ехал в аэропорт, представляя, как в тебя входят, сгорая при этом от возбуждения. У меня семь, а у тебя десять. Судя по молчанию вы ещё не закончили. А может нежитесь перед вторым заходом. Уже перед посадкой бродил…
Начну с того, что не знаю что на меня нашло. То ли секс с мужем приелся, то ли просто разум затуманился. На тот момент нам с мужем было по сорок лет, я за собой следила и не смотря на возраст, всегда держала себя в форме, ходила в зал.
Четыре утра. От брокерского приложения тошнило. Красные цифры упрямо ползли вниз, словно капли гноя из незаживающей раны. Я закрыл его и открыл инсту. Первое фото – Карина. Она сидела на подоконнике в моей обшарпанной…
Меня зовут Маша. Я работаю менеджером в небольшой IT-компании, и мой начальник, Алексей, – типичный босс: строгий, требовательный, сорока пяти лет, с немного жирным телом и властной улыбкой, от которой мурашки.
Она обернулась. Виктор уже стоял у бара, не подошёл, а будто возник. Чёрная шёлковая рубашка расстёгнута до середины груди; от ключиц к предплечьям тянулись плотные чернильные узоры. Он вынул из шкафа бутылку белого.
Мои ногти впились в прохладный пластик кухонного цоколя, а всё тело выгнулось в немом крике от нового, сокрушительного толчка, который отозвался глубоко внутри, заставляя моё нутро сжиматься в сладостном спазме.