Ирина была захмелевшей и, смотря преданно по-собачьи снизу вверх на Сашу, она нежно поглаживала его ноги и ботинки и вновь повторяла, как и во время застолья, что таких красивых мужчин как он не было и вообще не бывает. Саша спокойно потягивал свой виски и общался с барменом, не обращая никакого внимания на млеющую у его ног мою супругу. И это естественно, так как таких вздыхателей как она у него вагон, как говорится, и ещё маленькая тележка. Я подошёл к Ирине и сказал ей, что хорошо бы нам поехать уже домой, на что супруга не глядя на меня, внезапно сползла на колени перед продолжавшим не обращать на неё никакого внимания Сашей, и начала буквально разрывать молнию на Сашиных джинсах. У неё это получилось и через какое то мгновенье в руках моей любимой супруги оказался расслабленный, но довольно таки внушительный член её кумира. Жена тут же обхватила его губами и уже начала было его сосать, громко причмокивая, как Александр, до того совершенно безучастный ко всему происходящему, обратил внимание на захмелевшую мою жену, уже активно и сладострастно сосущую его член. Саша, рассмеявшись оттолкнул мою жену небрежно от себя ботинком, тем самым, который ещё минуту назад она так нежно гладила, после чего встал, подошёл к своей супруге Алевтине, нежно её обнял, улыбнулся и поцеловал, мол, сама понимаешь, поклонницы — обычное дело, часть и издержки профессии, спутники и неотъемлемая часть популярности и, поблагодарив ошалевших от произошедшего на их глазах гостей, он вместе со всей семьёй удалился. Хорошо хоть крестница во время всей этой бурной развязки отлучилась по нужде.
Я не осуждаю её, ведь это был порыв давно затаённой любви, которая приходит сама по себе и от которой не существует лекарства, помноженный на давно накопившейся пласт неудовлетворённости, в котором есть огромная доля моей вины. Понимаю, что со всем этим надо как-то мириться и как-то жить дальше ведь я, как это ни банально звучит, люблю свою жену и этим всё сказано.