Меня зовут Валентин, а мою невысокую, темноволосую жену с лукавыми карими глазами – Анастасия. Мы одногодки, нам обоим по 25. Познакомился я с будущей женой случайно, в автобусе. Увидел симпатичную девушку, уступил место, а там и разговорились. И все в ней – манеры, живой ум, пронзительный взгляд, красота, наконец, настолько покорили меня, что я назначил ей следующее свидание прямо в автобусе. Через некоторое время Настенька стала моей женой. Это удивительная женщина. Она добра, прекрасно готовит и хороша в постели. У нее довольно редкая фигура, именуемая в народе «песочными часами» и небольшие, но округлые груди, широкие женственные бедра.
Это прекрасно, но в этом всем есть небольшой минус. Скорее мой, а не Настюши. Когда мы занимаемся сексом и я владею ее безупречно юным телом – то очень быстро кончаю от возбуждения. Я не могу выдержать с Настенькой больше двух минут. Через полтора года совместной жизни, Настя стала в открытую говорить мне, что я быстро кончаю. Что мы только не перепробовали с ней, однако все без толку. Сошлись на том, что я довольно умело научился ублажать ее языком. Однако женские потребности в качественном сексе не заменить одними лишь оральными ласками, а потому случилось то, чего я и боялся. Впервые это произошло год назад, но помню я эти моменты как сейчас и должен признаться, сгораю от возбуждения. Ничего не могу с собой поделать, но именно в тот день мне открылись совершенно новые неведомые до этого страсти и желания. Осенним вечером я, как обычно, отправлялся на работу. Поцеловал жену завел машину и уехал. Нужно сказать, что специфика моей работы подразумевает мое периодическое отсутствие дома, зачастую по три-четыре дня. Жена знала, что я тогда уезжал в одну из таких отлучек. Но уже отъехав от дома на пару десятков километров я обнаружил, что забыл важные бумаги. Ничего не оставалось делать, и я повернул машину.
Приехал домой я около полуночи, очень раздраженный на себя оттого, что, даже взяв сейчас бумаги – ни за что не успею вовремя и получу выговор от начальника. Сразу же мне в глаза бросилась интересная вещь: свет в нашей гостиной и спальне горел, хотя в полночь жена давно уже обычно спит. Я не стал входить в парадную дверь, (слава богу!) подкрался под окна гостиной и обомлел. Моя Настенька сидела на коленях незнакомого мужчины, по-хозяйски развалившегося на диване. Это был высокий, смуглый мужчина лет 25, ростом около 190 сантиметров и я с моими 171 вряд ли мог с ним потягаться. Я смотрел на них в те секунды и душа моя напоминала бурлящий котел. Я очень ревновал жену. Я злился. И в то же время, при всей моей ревности, я чувствовал какое-то приятное возбуждение, созерцая свою молодую, дышащую женским здоровьем жену на коленях такого же красивого и здорового мужчины. Притаившись в кустах, я стал наблюдать. О работе я уже не думал. Мне уже было глубоко плевать на трепку от начальника и прочее, я просто жаждал увидеть то, что будет дальше. Да, я знал зачем пришел этот мужчина...
А жена тем временем обняла его мощную шею своей хрупкой ручкой и стала что-то игриво говорить ему. На столе перед ними была уже початая бутылка вина, а в бокалах пенились его остатки, так что, судя по всему, они уже были навеселе. Жена немного ото двинула левую ножку и туда, прямо под юбку, моментально легла рука мужчины. Мой член встал колом. Я оттянул брюки и стал дрочить. Одного боялся, что мужчина меня заметит. Но он меня не видел и продолжал водить рукой по промежности Настюши. Все это время они целовались и лица ее я не видел. Однако по тому, как сводились и раздвигались ее ножки – можно было предположить, что она испытывает немалое удовольствие. И вдруг этот мужчина резко встал. В груди у меня похолодело. Я не на шутку испугался что он увидел меня, но мои опасения не оправдались. Мужчина поцеловал мою Настю и одной рукой опустил перед собой на колени. Затем снял футболку, расстегнул штаны. Он был великолепен. Самый древнегреческий бог. Крепкая мускулатура, загорелая кожа и член... Член меня поразил особенно. Довольно большой, около 18 сантиметров и толстый. Признаюсь, мне даже стало страшно за жену, так как после моего не слишком выдающегося члена этот мог причинить жене боль. А Настя между тем взяла его ручкой, немного подрочила и полностью взяла в рот. Она сосала мужчине, а он держал ее за волосы и что-то говорил.
Прошло немного времени. Мужчина взял Настю на руки и понес в нашу спальню. Когда он разворачивался с ней, платье Настеньки немного оттянулось и я мельком увидел ее киску. Жена была без трусиков. Итак, мужчина зашел с ней в спальню и прикрыл двери. Окна туда были с другой стороны дома и я поспешил к ним. Там я увидел следующую картину: жена лежала на спине, а мужчина смазывал свой член смазкой. Было очень рискованно смотреть в окна спальни, потому что он, в отличие от лежащей спинокой мне жены мог легко заметить меня. Я принял отчаянное решение. Нужно сказать, что к тому моменту я уже так возбудился, что не особо думал о последствиях. Тихонько отворив двери в в дом, я прошел гостиную и подошел к спальне так тихо как только мог. Затем прислушался. Оттуда еще не доносилось *** ни звука. Могли они услышать меня? Маловероятно. Но на всякий случай я открыл шкаф рядом, чтобы в случае чего быстро спрятаться. Было тихо. С минуту ничего не происходило. Затем вдруг послышался томный вздох жены, долгий и тягучий. Наверное, мужчина вошел в нее.
– Олеженька, нежнее... Пожалуйста... - услышал я прерывистый голос из спальни.
Но затем Настенька вскрикнула. Очевидно, этот парень был не самым большим любителем нежностей. Жена начала тихонько постанывать. Начались шлепки. Мужчина входил в нее раз разом, а робкие постанывания Настеньки сменились откровенными стонами получающей удовольствие женщины. Но Настя, стоная, опять попросила его о нежности... Удивительно, но за все время нашей супружеской жизни она никогда не просила меня быть нежнее. Шлепки продолжались. Жена стонала. Я дрочил под дверью. И тут мне в голову пришла идея сменить ракурс прослушивания. Я снова выбежал на улицу и подкрался к окну. Жена лежала на спине крепко обняв ногами Олега, а он размашисто в ходил в нее. Я заметил, что после каждого ее толчка ноги Насти на его спине подрагивают от удовольствия. Я взглянул на часы. Мужчина имел Настю уже пятнадцать минут и не собирался останавливаться, в то время как у меня получалось от силы минуты две. Он не обращал внимания на стоны Насти, на ее страстный шепот а просто имел ее девочку, владел моей женой как настоящий мужчина – победитель.
Их секс продолжался около часа. Затем жена встала с кровати полностью голая, отключила свет в нашей спальне и легла обратно в кровать к мужчине. А я остался в кустах до утра, ибо ехать на работу уже не было никакого смысла. Утром мужчина ушел, а я решил подождать немного и войти самому. В те мгновения я чувствовал непреодолимое желание жены как женщины и бездонную любовь к ней. Наконец, когда часы показывали 9 утра, я вышел из кустов и направился к дому. Войдя в гостиную, я увидел Настюшу смотрящей телевизор. Она так удивилась моему появлению, что на мгновение потеряла дар речи (ее можно понять, потому что я мог легко разоблачить ее) и только через несколько секунд сказала:
– Привет, милый! Почему ты так рано? Я ждала тебя только во вторник. Приготовить тебе что нибудь?
Я подошел к ней и вместо ответа поцеловал в губы длинным, долгим поцелуем как зачастую целуются влюбленные. Жена охотно отвечала мне.
– Работу отменил начальник. - Сказал я.
И тут на меня что-то нашло. Я опустился перед ней на колени обнял руками ее крепкие округлые бедра, приподнял юбку.
– Нет дорогой! Мне сейчас нельзя! - Воскликнула тут же жена и попыталась отстранить меня.
Но я был непреклонен. Я поднял выше ее юбочку и губами впился в ее влагалище, целуя его губы так страстно, как только что саму жену. И тут я понял, почему жена отстраняла меня. Я сразу почувствовал резкий запах мужской спермы, а во рту ее сладковатый привкус. Я начал быстренько и старательно работать под юбкой у жены, а Настюша уже не отталкивала меня, а наоборот стала прижимать мою голову к киске. Наверное, надеялась, что я вылижу и ничего не замечу. Жена начала тихонько постанывать от удовольствия, особенно после того как я водил языком по ее клитору и шептать мне:
– Молодец, Валик...