Произошло это в конце лета. Шеф закатил корпоратив на своей даче — огромный участок, баня, мангал, бассейн с подсветкой. Пили все, как обычно: виски, водка, пиво рекой. Коллектив небольшой, человек пятнадцать, но все свои, проверенные. Я приехал на машине, но уже к одиннадцати понял, что никуда не поеду — голова гудела, как трансформатор. Шеф лично отвёл меня в гостевой домик в дальнем углу участка: деревянный, с верандой, отдельный душ и двуспальная кровать. «Спи спокойно, завтра отоспишься», — хлопнул по плечу и ушёл.
Его жена, Света, была моложе его лет на двадцать. Двадцать семь, не больше. Высокая, с длинными светлыми волосами, которые она всё время заправляла за ухо, и такой фигурой, что даже в простом летнем платье на бретельках все мужики косились на неё. Грудь третьего размера, талия тонкая, жопа — круглая, упругая, как у спортсменки. Шеф её явно любил, но держал в узде: «Светик, не перебирай». А она весь вечер отиралась рядом со мной. То попросит прикурить, то наклонится над столом так, что платье сползает с плеча, то шепнёт на ухо: «Ты сегодня какой-то тихий, я думала, ты весельчак». Глаза у неё были наглые, пьяные и голодные.
Когда все наконец разбрелись — кто в баню, кто по гостевым комнатам в главном доме, кто просто на матрасах во дворе — я уже лежал в домике без света, в одних трусах, и курил в открытое окно. Дверь была не заперта, только прикрыта. Часы показывали полвторого.
Скрипнула дверь. Я даже не сразу понял, кто. В темноте только силуэт в коротком халатике, босиком.
— Не спишь? — тихо спросила Света и закрыла за собой дверь на щеколду.
Сердце у меня ухнуло куда-то в пятки. Жена шефа, твоюжмать. Но член уже начал подавать признаки жизни — алкоголь и весь вечер её запаха сделали своё.
Она подошла к кровати, села на край. Халатик был шёлковый, почти ничего не скрывал. Под ним — только тонкие трусики.
— Я видела, как ты на меня смотрел, — прошептала она и положила руку мне на грудь. — Думала, не решишься. А я вот решилась.
Я потянул её к себе. Губы у неё были мягкие, горячие, с привкусом вина. Поцеловались жадно, будто боялись, что кто-то войдёт. Она сразу полезла рукой мне в трусы, обхватила член и начала медленно дрочить.
— Ого, какой твёрдый… — выдохнула она мне в ухо. — А муж уже вырубился…
Я задрал ей халатик, стянул трусики вниз. Пизда была гладко выбрита, горячая и уже мокрая. Сунул два пальца — она застонала тихо, но сразу зажала себе рот ладонью.
— Тише, блядь… окна открыты…
Раздвинул ей ноги, лёг сверху. Член упёрся в мокрую щель, но войти с первого раза не получилось — она была узковата, а я слишком перевозбудился. Света сама схватила меня за жопу и потянула на себя. Вошёл наполовину. Она выгнулась, ногти впились мне в спину.
— Глубже… давай глубже…
Я начал двигаться. Кровать скрипела, как старая телега. Каждый толчок — громкий скрип досок. Я пытался медленнее, но она сама подмахивала, жопа ходила ходуном. Грудь вывалилась из халатика, я схватил её ртом, посасывал сосок, пока она не начала дрожать.
— Я сейчас… я сейчас кончу… — зашептала она и вдруг вся сжалась вокруг члена.
Её пизда пульсировала, она кусала себе руку, чтобы не заорать. Я чувствовал, как внутри всё течёт. Ещё несколько толчков — и я понял, что сам на грани.
— Свет, я сейчас выну… презерватива нет…
Она обхватила меня ногами сильнее.
— Не надо… кончай в меня… я на таблетках… давай, пожалуйста…
Я не выдержал. Кончил мощно, прямо внутрь, несколько длинных толчков. Сперма выплеснулась горячо, она аж замычала от удовольствия.
Мы лежали, тяжело дыша. Член всё ещё был внутри, влажный и полувялый. Света гладила меня по волосам.
— Ты не представляешь, как я этого хотела… — тихо сказала она. — Он меня уже месяц не трогает. Говорит, устал на работе.
Я вынул член, и из неё сразу потекло на простыню. Она не стала вытираться, просто перевернулась на бок и прижалась ко мне жопой.
— Ещё хочешь? — спросила вдруг.
Член у меня уже начал подниматься снова — алкоголь иногда творит чудеса. Она почувствовала и сама полезла вниз. Взяла в рот. Неумело, но жадно: большие губы обхватили головку, язык *** работал медленно, будто пробовала на вкус. Я положил руку ей на затылок, слегка надавил. Она взяла глубже, чуть не до горла, и закашлялась.
— Извини… я не очень умею… — прошептала она, вытирая слюни с подбородка.
— Нормально, Свет. Классно.
Я поставил её раком. Жопа у неё была идеальная — круглая, белая, с ямочками. Раздвинул руками, плюнул на пальцы и провёл по анусу. Она вздрогнула.
— Только не туда… я никогда не пробовала…
— Не буду, не бойся.
Вошёл в пизду сзади. Теперь уже легко — она была вся в моей сперме и своей смазке. Трахал жёстче, чем в первый раз. Хлопки кожи о кожу, её стоны в подушку. Я мял её сиськи, которые болтались, как спелые груши. Потом сунул руку под неё и начал тереть клитор. Света задергалась, кончила второй раз — сильно, с содроганием всего тела.
Я почувствовал, что снова близко. Вынул член, перевернул её на спину и кончил ей на живот и грудь. Горячие струи легли белыми дорожками. Она размазала сперму пальцами по соскам и улыбнулась.
— Красиво…
Мы ещё полчаса лежали, курили одну сигарету на двоих. Она рассказывала, как скучно быть женой богатого старика, как все думают, что она счастлива, а на самом деле…
Потом встала, накинула халатик, поцеловала меня в губы.
— Никому ни слова. Я пошла, пока он не проснулся.
Дверь тихо скрипнула. Я остался один. Член болел от двух раз подряд, простыня была в пятнах, в комнате пахло сексом и её духами. Я закурил ещё одну, посмотрел в окно на тёмный участок и подумал: «Ну и пиздец… если шеф узнает — мне пиздец. А если не узнает… то завтра ещё разок, может, получится».
Утром я вышел к завтраку как ни в чём не бывало. Света сидела напротив, в солнечных очках, и мило улыбалась всем. Только когда никто не видел, она быстро провела языком по верхней губе и подмигнула мне.
Я допил кофе и подумал: «Хорошая дача у начальника. Надо будет почаще оставаться ночевать».