«В прежней жизни, наверное, я был дон Жуаном», думал Евгений Александрович, смотря на торчащий перед ним пышный зад хозяйки.
В этой жизни он был профессор, к. т. н. с множеством опубликованных научных работ, прочно сидящий на солидной финансовой отмели, а еще хронический импотент, живущий вместе с красавицей женой, открыто изменяющей ему с его студентами.
Подчиняясь внезапному импульсу, он бездумно шагнул к ней и холодея от собственной смелости, провел ладонью под коротким подолом, ожидая встретить там туго натянутую ткань трусов. Его рука скользнула по живой волосатой плоти, ничем не защищенной женской промежности. Ожидая от нее в ответ «громы и молнии» возмущения, он даже закрыл глаза, тем не менее, не убрав руку из волнующего места. Но, ничего не последовало.
— Не балуй профессор, если у тебя не серьезно, — тихо попросила женщина. — Не дразни меня, а то тебе худо будет.
— Что будет то? — поинтересовался Евгений Александрович, страстно тиская ее влажнеющие набухающие складки.
— Любить заставлю очень долго, пока полностью не удовлетворишь меня.
— Всего то? — Удивляясь своему безрассудству, с хмельной шалостью подначивающе поинтересовался он.
— Ну профессор, все, ты доигрался.
Распрямившись перед ним, женщина облапила Евгения Александровича, и подарила ему такой обжигающе крепкий поцелуй, что у него посыпались искры из глаз и зазвенело в голове.
Он очнулся через час, мокрый и слабый словно младенец, и такой же просветленно-счастливый. Рядом с ним белой горой плоти, блаженно раскинувшись лежала Варвара, сжимая пальцами его твердо торчащий член.
— Ты что со мной сотворила, ведьма, — тихо спросил он, ненасытно оглаживая ее взбухшие раскрытые половые губы. — Ведь я же импотент. У меня... отсутствует эрекция.
Она рассмеялась с будоражащей хрипотцой, от которой у него взволновалась вся кровь и несколько раз, будто онанируя, медленно двинула рукой по его члену.
— Гони ты от себя жену, или...
— Что, «или»?
— Оставайся со мной. Я тебя так сладко любить буду! Обещаю у тебя будет постоянно стоять.
— К — как, будешь? — срывающимся шепотом поинтересовался Евгений Александрович, жадно тиская ее промежность.
— А вот так, — наваливаясь на него, жарко прошептала Варвара, и снова ввергая его в искрящийся водоворот немыслимого наслаждения.
Больше она ему это предложение не повторяла, но он остался у нее на один день, второй, третий,... тщетно пытаясь насытиться ее большим, щедро одаряющим ласками и нежностью телом, но не пресыщался ими, а только лишь сильней разжигал свою жажду. Ощущения столь полной сексуальной гармонии у него никогда не было с оставшейся где-то в городе женой, которая, он был в этом абсолютно убежден, сейчас лежит в постели с его очередным любвеобильным студентом. Но, у него не было ни ревности, ни желания возвращаться к ней.