— Дай ошейник, — просит он кого-то из сидящих на диване. На моей шее щелкает замок тонкого кожаного ошейника с поводком-цепочкой. Господин Олег вынимает пальцы ноги из моего рта и за поводок тянет меня в сторону дивана. — У Господ тоже надо попросить разрешения на порку.
Я снова прошу разрешения быть выпоротой и вылизываю подставленные к лицу пальцы ноги кого-то из мужчин. Второй же просит меня развернуться, когда мой рот оказывается свободным: свою ступню он вставляет мне в пизду и немного трахает. Двое других одобрительно комментируют. Потом меня снова отводят в центр комнаты и Господин Олег приказывает принять ту же позу: головой лечь на пол, в спине прогнуться, ляжки раздвинуть руками.
— Считай до двадцати, — говорит он, и со свистом плеть опускается мне на спину.
Я аж подпрыгиваю на месте — рука у Господина очень тяжелая. «Рааааз!», — выкрикиваю я. Господин ставит ногу мне на лицо и снова с силой бьет меня плетью по спине. «Двааа!» — я протяжно взвываю и тут же получаю новый удар плети. К седьмому удару плетью я уже плачу в голос, спина горит, боль отдается во все тело, но я продолжаю считать. После десятого удара Господин начинает хлестать меня по всему телу: бедрам, ногам, бокам, два удара, ничуть не менее сильных, приходятся на промежность, сводя меня с ума болью. Слово «двадцать» я прорыдала и завалилась на бок, так как стоять даже раком не осталось никаких сил. Все тело мое саднит и болит.
Господам же, видимо, зрелище доставило большое удовольствие. Не дав мне отдышаться, еще всхлипывающую меня за поводок перетаскивают на диван, раскладывают так, чтобы голова оказалась на подлокотнике. Один тут же вставляет член мне в пизду, а второй затыкает мой рот, пропихивая член до упора. Трахают с упоением: тот, что спереди, берет меня за голову и в прямом смысле насаживает ртом на свой орган, сзади же мужчина поднимает мои бедра, сам встает сверху и долбит так, что мне кажется: проткнет насквозь. Потом они как-то хаотично меняются и ебут в рот и в жопу. Все это время они крепко держат меня — один за голову, другой за бедра, мне остается только стонать и хватать воздух, когда рот не занят. Кончают обильно, заливают спермой лицо и попу, после чего усаживают меня на диван, сами садятся с обоих боков.
Тут же мои ноги разведены третьим Господином. Он ебет меня не менее интенсивно, постоянно меняя дырки и с силой выкручивая мои соски. Я вою, но вместе с тем получаю не мало удовольствия. Боль тела после порки в мозгу смешивается с удовольствием, отсутствие зрительного контакта заставляет сосредоточиться на ощущениях, — все это приводит к феерическому оргазму, бушующему в моем теле не меньше минуты. Господин так возбуждается увиденным, что тоже кончает, его сперма горячим фонтаном ложится мне на живот. Меня стаскивают с дивана, чтобы Господин мог сесть. Я валяюсь у них в ногах, вся в их сперме, исполосованная плетью, с раскрытыми после ебли дырками, и моя промежность течет соком.
Я так и не увидела лиц Господ, которые меня отымели: Хозяин, приехав меня забирать, снял повязку с глаз только в машине. Дома меня ждала горячая ванная. Хозяин был непривычно заботлив, и по его взгляду я понимала, что он очень доволен мной. И, трахнув меня в рот перед сном, мой Хозяин наклонился и совсем мельком, будто смущаясь этой заботливости, коснулся губами моего лба:
— Отсыпайся, сегодня был длинный день.