Групповуха со зрелой в подвале
Вечер душный, влажно. Алкоголь уже давно перешёл из весёлого возбуждения в тяжёлую, животную активность. Мы шестеро — обычные студенты техникума, обычные пацаны — шли через тёмный парк, и в нас уже проснулся тот самый…
Вечер душный, влажно. Алкоголь уже давно перешёл из весёлого возбуждения в тяжёлую, животную активность. Мы шестеро — обычные студенты техникума, обычные пацаны — шли через тёмный парк, и в нас уже проснулся тот самый…
По натуре я всегда была шлюхой. Любила секс и люблю его по сей день. И обслуживаю клиентом на самом высшем уровне, просвещая их, обучая, и даже подталкивая на новые свершения. На моих глазах происходило становление…
Дверь в прихожую скрипнула уже под утро. Я ворочался на диване, не в силах заснуть после ночного залипания в конспекты. Отцовский новый брак, этот переезд в её шикарную квартиру… Всё ещё не мог привыкнуть. Особенно к ней. К Алине.
Виолетта Алексеевна была пятидесятитрёхлетней женщиной с сильным характером и развитым чувством собственного достоинства. Она была главврачом больницы уже более десяти лет и пользовалась большим уважением среди своих коллег и пациентов.
Ну вот, опять эти корпоративы. Мужу его шеф, Сергей Викторович, сказал «явиться с женой», ну и я, как дура, поехала. Хотя терпеть не могу эти посиделки. Все эти подхалимские улыбки его коллег, дешевая водка и салат…
— Итак, — ее голос был холодным, как сталь, без единой нотки тепла. — Подводим итоги. Твой проект провалился. Компания потеряла триста тысяч. Твоя зарплата за следующие полтора года уйдет лишь на частичное покрытие ущерба. У тебя есть что сказать?
Я вытер пот со лба рукавом и отступил на шаг. Баня готова. Не сарай с протекающей крышей, который достался мне от деда, а настоящая, рубленая, с толстой дверью и крошечным окошком в предбаннике. Пахло свежим деревом и горячим камнем.
Жара в тот день стояла адская, воздух над полем колыхался, словно расплавленный сахар. Я пил воду из пластиковой бутылки, обливаясь потом, и с тоской смотрел на оставшийся клочок нескошенной травы у забора.
Жара стояла адская, на стройке духота, как в духовке. Мы с ребятами – Витьком, Славой и Серым – уже выбились из сил, заливали фундамент под эту хоромину начальника. Сам он, козёл, с утра заявил, что «проверит объект…
Я сижу на нижней полке, облизываюсь, как волк, и пытаюсь не смотреть слишком прямо. А куда смотреть? Напротив, на лавке, моя жена Катя натирает мочалкой спину своей мамаши, Ирины. Обе голые, как в день рождения.