Серое осеннее утро. В комнате общежития пахло дешёвым кофе и сигаретным дымом. Неопрятный скуф, развалившись на кресле, смотрел, как альтушка Настя копается в учебниках. Она была именно его типажом — хрупкая, с короткой…
Давно собиралась написать о том, что тревожит меня. Иногда вспоминаю ту ночь, и жить не хочется. Или наоборот. Все в принципе нормально? Просиживая сутками в одиночестве, не желая посещать пары в универе, я тупо…
Дождь барабанил по асфальту, размывая огни ночного города. В салоне Porsche Panamera пахло дорогой кожей и ее духами — томной смесью сандала и черной смородины. Марина закурила очередную сигарету, лениво листая…
Чёрт, опять этот взгляд…» — подумал Алексей, когда Катя, студентка с ихнего факультета, прошмыгнула мимо него в коридоре, нарочно задев бедром. Она всегда так делала — будто случайно, но так, чтобы он почувствовал. И он чувствовал.
Ок, я даже не знаю, с чего начать. Может, это звучит тупо, но я никогда такого не писал, и вообще, это всё как-то… слишком личное, что ли. Но я обещал себе, что запишу, чтобы самому разобраться, что это было и почему я до сих пор об этом думаю.
Солнце уже клонилось к закату, заливая комнату моего друга Димы теплым оранжевым светом. Мы пялились в телевизор, яростно лупили по геймпадам, орали друг на друга из-за проигранного в FIFA матча.
Этот день был дерьмовым с самого утра. Сломался кофемашина, на работу опоздал из-за пробок, начальник устроил разнос по поводу какого-то просроченного отчета. К десяти вечера я валился с ног, мечтая только о горячем душе и кровати.
Катя — первокурсница, девятнадцать, стройная, с темными волосами до плеч и взглядом, который то ли стесняется, то ли дразнит. В рваных джинсах и свободной кофте, под которой — аккуратная грудь, не больше второго размера.
Поезд лязгал, покачиваясь. Колеса стучали по рельсам, и этот ритм – тук-тук, тук-тук – въедался в голову, как заезженная песня. Я ехал в купе, старом, с потертым красным дерматином на полках и занавесками, которые пахли…
Я и Антон вместе поступили в училище. Нам дали отдельные соседние комнаты, точнее такие кубрики имеющие отдельный вход, но разделены между собой стенкой через которую можно было легко переговариваться не повышая голоса.