Сурова Гульназ Игоревна была женщиной 39 лет. Жгучая помесь славянина и казашки унаследовала красоту матери и характер отца. Фигуристая брюнетка с раскосыми зелеными глазами, невысокого роста, с третьим размером груди…
Дверь в прихожую скрипнула уже под утро. Я ворочался на диване, не в силах заснуть после ночного залипания в конспекты. Отцовский новый брак, этот переезд в её шикарную квартиру… Всё ещё не мог привыкнуть. Особенно к ней. К Алине.
Правильно ли уложены волосы, макияж, правильно ли она стоит в позе, в которой любит трахать ее любимый. Трусики как не кстати сильно врезались в промежность между ягодицами и создавали дискомфорт, но это терпеть было…
Виолетта Алексеевна была пятидесятитрёхлетней женщиной с сильным характером и развитым чувством собственного достоинства. Она была главврачом больницы уже более десяти лет и пользовалась большим уважением среди своих коллег и пациентов.
Ну вот, опять эти корпоративы. Мужу его шеф, Сергей Викторович, сказал «явиться с женой», ну и я, как дура, поехала. Хотя терпеть не могу эти посиделки. Все эти подхалимские улыбки его коллег, дешевая водка и салат…
Никогда раньше я не ощущала такой тяги к сексу. Она появилась совсем недавно, но такая сильная и сразу, что по сей день мне сносит голову. Очень часто я стала просыпаться уже возбужденной. Моя рука машинально тянется…
Офис затихал. За окном, на двадцать пятом этаже, зажигались огни ночного города, но здесь, в моем кабинете, царил только мерцающий свет настольной лампы. Тишину нарушало монотонное тиканье дорогих настенных часов — подарка от партнеров.
Вечер пятницы выдался на удивление спокойным. Все дела приделаны, а мы с Андреем валялись на диване, уткнувшись в телефоны. Тишину нарушал только треск камина в телевизоре и редкие комментарии к какому-то футбольному матчу, который он смотрел.
Мы шли вдоль проселочной дороги. Было очень холодно, и он грел меня своим телом. На встречу выехала машина, за рулем которой сидела девушка, лет 20-ти. Она и помешала нашему счастью. Предложив нас подвезти…
— Катя, я просто не понимаю, как можно так себя вести. Вчера весь двор слышал, как ты там ржёшь, как ненормальная. А потом ещё и ушла с этим… кудрявым. Ты хоть понимаешь, что о тебе теперь говорят?