Недавно у нас в офисе появилась новая сотрудница Лилька. Женщина средней красоты, если не считать её попу. Она всегда ходила в обтягивающих брюках и мне сразу же захотелось поставить её раком. И такой случай вскоре мне представился.
Уже несколько дней в моём отделении лежит молодая симпатичная девушка. Мысли о ней не дают мне покоя. После каждого обхода мой член буквально дымится от желания. Нет, всё в рамках приличий: дистанция, врачебная этика соблюдены.
Меня зовут Вадим, и в тот вечер я сидел в своём кожаном кресле. Руки за спиной были туго стянуты её шёлковым шарфом. Рот был залеплен широким скотчем, при каждом вдохе вырывался тихий, свистящий звук.
Мария Ивановна молча обошла свой стол. Ее высоченные каблуки «Christian Louboutin» отстукивали неторопливую, властную дробь. Каждый щелчок отзывался в моем теле залпом тревоги. Она остановилась прямо передо мной…
Я побежал к терминалу, чтобы успеть на рейс в Англию. Мой последний рейс прибыл с опозданием, и у меня почти не было времени добежать до следующего выхода на посадку. Когда я наконец добираюсь до ворот, охранник закрывает дверь.
Я опять поругалась с мужем… Ну, не то, чтобы насмерть, но всё же он меня выбесил сегодня. Как можно быть таким невнимательным к собственной жене? Мне хоть и под 50, но я же женщина, да и фигурка у меня неплохая для…
Дверь в подвал скрипнула, словно последнее предупреждение, прежде чем захлопнуться за моей спиной. Звук щелчка замка прозвучал громче, чем любой шум в моей тихой, упорядоченной жизни офисного менеджера.
Я сидел в кресле, в углу нашей гостиной, и смотрел, как тени от свечей плясали на стенах. Свет был приглушённым, почти интимным, но в воздухе висело что-то тяжёлое. Моя жена, Лера, стояла у барной стойки, лениво помешивая коктейль в высоком бокале.
Лето в городе было удушающим. Воздух тяжелый, асфальт плавится, и единственным спасением становился старый парк на окраине. Именно там мы и договорились встретиться с Леной. Знакомство наше было типичным: пара дней…
Сегодня утром я пила кофе и смотрела, как мой муж, Алексей, режет тосты. Его руки, такие знакомые, такие родные, двигались уверенно. На его лице была улыбка, не просто обычная утренняя, а какая-то тайная, заряженная.