В дороге
Дорога горит, колеса плавятся, я пытаюсь глубоко дышать, чтобы хоть немного ощутить кислород. Не могу больше ехать. Все время хочется пить. Угораздило же нас взять…
Дорога горит, колеса плавятся, я пытаюсь глубоко дышать, чтобы хоть немного ощутить кислород. Не могу больше ехать. Все время хочется пить. Угораздило же нас взять…
Когда в свои 20 лет Руслана выходила замуж за своего парня — помощника прокурора, она ещё не знала, на что подписывается. Она была красивой брюнеткой, с шикарным телом…
Вечер был тихим, но для Елены он был наполнен гулким эхом собственных шагов по лесной тропе. Короткая юбка, легкая блузка и наивное любопытство привели ее слишком далеко от знакомой дороги.
Улицы, залитые неоновым светом, сливались в мокрые полосы за окном такси. Алёна, привалившись к холодному стеклу, едва могла сфокусировать взгляд. Ей было двадцать три…
На мой 25-ый день рождения, мне как никогда захотелось понтануться перед своими родными. Я пригласила всех в шикарные апартаменты, заказала шикарный фуршет…
Ты стоишь у плиты, что-то готовишь. Я сижу за столом, что-то делаю в ноутбуке и периодически отвлекаюсь на тебя. На тебе обтягивающая майка, и тёплые носки, ты не любишь когда холодно в ноги.
Прожив в законном браке много лет, повидали и пережили всякое. У меня были мимолётные увлечения о которых супруга догадывалась и прощала так как сама была не без греха.
Я никогда не думала, что окажусь в такой ситуации, честное слово. Меня зовут Анна, мне тридцать два года, замужем за Сергеем вот уже семь лет, и наша жизнь в Москве…
Что случается с голыми кисками в разгар рабочего дня, когда шеф не в настроении и орет на них? Они прямо кончают на свое тонкое белье, они смазывают его толстым слоем…
Мы с Таней были друзьями. У неё был парень, и она кажется его любила. Как то раз мы поспорили на минет, что я не смогу провернуть одно дело. Я его провернул и теперь Таня торчала мне минет.