Темнота. Повязка на глазах не дает разглядеть, где она. Лишь голос — низкий, спокойный, с едва уловимым насмешливым оттенком — скользит по коже, заставляя сердце биться чаще. — Ты дрожишь — его пальцы провели по ее плечу, и она резко вдохнула.
Около двух часов ночи они втроем ввалились в номер отеля. Немного пьяные, возбужденные, разгоряченные, в предвкушении того, что вот-вот должно произойти. Д. предложил Эмину располагаться и налить себе выпить, а сам за руку повел Н. в ванную комнату.
- Понимаете, у Вашей бабушки была родная сестра, которая родила мою маму, а Ваша родная бабушка, родила Вашего папу. Моя мама и Ваш папа были двоюродными братом и сестрой. Затем, моя мама вышла, замуж и родила меня…
Она смотрела в его бархатные глаза, тонкий аромат парфюма будоражил ее воображение, взгляд ласково скользил по его плечам… О! Как она его желала, такого острого желания она никогда еще не испытывала, это был мужчина ее мечты.
Вика открыла глаза. Висевшее на потолке огромное зеркало показывало лежащую на двуспальной кровати девушку, на которой из одежды была только простынь, которой она укрывалась, но и она съехала во время сна, и теперь…
Джонни не понимал, зачем он приехал в этот дом. Просто с утра пришел Джет и сказал, что этот вечер он, Уг и Марк собираются провести в доме у одной знакомой. Будет четыре девушки и им не хватает одного парня.
Я сижу на краю кровати в номере отеля, пальцы теребят край бокала с виски. Свет тусклый, лампы отбрасывают тёплый оранжевый отсвет на стены, а за окном — ночной город, мигающий огнями. Конференция закончилась…
Я стояла посреди своей новой квартиры, окружённая коробками, которые, кажется, размножались, пока я на них не смотрела. Переезд в новый дом в центре города был моей маленькой победой — прощай, тесная однушка на окраине!
Мне тридцать шесть, Лене — тридцать четыре. Мы вместе уже девять лет, и, честно говоря, я никогда не думал, что мы окажемся в такой ситуации. Но вот мы здесь, в чужой квартире, с бокалами вина в руках, под приглушённый…
В офисе пахло свежесваренным кофе и бумагой, чуть прогретой принтером. Сквозь жалюзи пробивались тонкие полоски света, расчерчивая паркет золотыми штрихами. Анна сидела за своим столом, аккуратно поправляя очки на переносице.