Меня зовут Анна, мне тридцать два, я работаю старшим менеджером по проектам в конторе, которая делает что-то бесконечно скучное для нефтяников. Павел Сергеевич — мой начальник. Лет сорока пяти, подтянутый, с сединой…
Тусклый красный свет аварийных лампочек едва разгонял темноту серверной, отражаясь в стекле кабинета-аквариума. Воздух гудел низким, монотонным гудением кулеров и был сухим и прохладным — идеальные условия для железа, но не для человека.
Было время, когда я познакомилась с парнем. С парнем, который создал наш мир. Он был нежен, внимателен, говорил со мной, мечтал. Слушая его голос, у меня всегда возникало желание ощутить его тепло, услышать дыхание, и дотронуться до его тела.
Звонок поступил ровно в восемь вечера. Всю неделю я повторяла себе, что не возьму трубку, что у меня свои планы — заказать пиццу, налить вина и уснуть под старые комедии. Но в конце декабря счета лезут из всех щелей, а в январе будет мертвый сезон.
Офисная новогодняя вечеринка. Тот же дешёвый пунш, те же вымученные улыбки, те же разговоры о квартальных отчётах под треск гирлянд. Я, Алёна, стояла у стола с закусками, наблюдая, как бухгалтерша Лариса Петровна…
Выехав на природу, мы договорились, что сначала будем отдыхать морально, слушая пение птиц, лежа на травке, укутавшись пледом, а после, перейдем ко всему остальному. Но дикий жеребец все искал момент начать бурный секс со своей тигрицей.
Мы так давно не виделись, что я успел забыть то, что было до её отлета. Целых три года молчания, тишины, и одиночества. Её родители часто говорили об образовании, но что образование в сравнении с тем, что я к ней чувствую?
Лайнер был адовой конфеткой: десятипалубный плавучий город, увешанный гирляндами, с гулом музыки из каждого открытого бара. А я стояла у перил, курила и смотрела в черную, бездонную воду. «Начать год с чистого листа…
Воздух на вилле был густым и сладким, как перезрелый плод. Пахло нагретым мрамором, соленым бризом с моря и терпкими нотами недопитого «Пино-Нуар», забытого на краю бесконечного бассейна, в водах которого дробились и гасли огни Сочи.
Олег не спал. Он лежал на спине, уставившись в потолок. Свет фонаря с улицы отбрасывал мерцающую тень от веток березы. Он не просто слышал — он чувствовал каждый звук, проживал его. Как она споткнулась.