Первокурсница согласилась
Серёга, друг, рассказывал. Мы учились в ним в одной группе в институте. Познакомился он с одной романтической особой. Блондинка. Губы крупные, как у лошади.
Серёга, друг, рассказывал. Мы учились в ним в одной группе в институте. Познакомился он с одной романтической особой. Блондинка. Губы крупные, как у лошади.
Зовут меня Виктория. Немного о себе: мне 23 года, живу одна в квартире на пятом этаже (квартиру подарили родители), работаю в больнице медсестрой. Внешность не модельная, но и не уродина.
Вот и сейчас и ведь сука знает, что муж мой минут 30 уже как уехал. И сразу скажу, мужу я ничего не говорила, этот Коля здоровый как шкаф и ума столько же!
Дед Иван сидел в своем кресле, уставившись в телевизор, где без конца трещали какими-то новостями. В голове гулял ветер, мысли были ленивыми и обрывистыми.
Та поездка к Ване в деревню затевалась как бегство от городской духоты. Мне двадцать два, а чувствовал я себя выжатым лимоном. Ванька, мой друг, говорит: «Приезжай, кайфанем».
Лето выдалось необычайно знойным. На небе не было ни облачка. Жители Сумгаита, находящегося на побережье Каспийского моря в тридцати пяти километрах к северу от столицы…
Привет, меня зовут Алексей, хочу рассказать как на выходных клеили обои. Что я могу о себе сказать, мне 19 лет, обычного телосложения, с самой заурядной внешностью.
Музыка гудела сквозь толстое стекло и дубовые двери бального зала, доносясь до меня приглушённым, бубнящим пульсом. Я стояла в коридоре, прислонившись лбом к прохладной…
И снова ночь в поезде. Я это терпеть не могу. Духота, колеса стучат, мужик за стенкой храпит как трактор. Я в своем купе один, это хоть плюс. Сижу, в телефоне туплю, уже все новости сто раз прочитал.
Тётя Оля – мамина подруга. Классная тётка, лет под сорок, но красивая и ухоженная. В разводе давно уже. Милфа, одним словом. Мама всегда говорила: «Оля у нас вся такая независимая, бизнес-вумен».