Лето. Море. Пляж. Жара… Пляж обязательно дикий и пустынный. Потому что купаюсь и загораю я исключительно в Адамовых одеждах. Только фИгового листика не хватает! Да и не помог бы он! Природа расщедрилась и одарила меня внушительным достоинством.
Зовут меня Виктория. Немного о себе: мне 23 года, живу одна в квартире на пятом этаже (квартиру подарили родители), работаю в больнице медсестрой. Внешность не модельная, но и не уродина. Рост 168 сантиметров, вес…
Музыка била так, что дрожали стекла в панорамных окнах, выходящих в ночной сад. Я стояла у стойки, наливая себе виски, и чувствовала на себе взгляды. Не просто взгляды — а тяжелые, мужские, прожигающие тонкую ткань моего платья.
Жара обволакивала нас. Воздух в деревянной коробке сауны был обжигающим, с терпким запахом эвкалипта, который щекотал ноздри. Мы с Леной рухнули на верхнюю полку, распластавшись на грубых полотенцах.
Я опять поругалась с мужем… Ну, не то, чтобы насмерть, но всё же он меня выбесил сегодня. Как можно быть таким невнимательным к собственной жене? Мне хоть и под 50, но я же женщина, да и фигурка у меня неплохая для…
Мне было двадцать, я приехал на каникулы к бабушке, которая в тот вечер укатила в райцентр к подруге. Остался я один, скучающий, в четырёх стенах, где единственным развлечением был назойливый писк комаров о стекло.
Со Светой мы познакомились случайно ей тогда было 20, мне 22. Симпатичная няшка уже на тот момент имела красивую грудь 3-го размера, аппетитное тело и стройные ножки. Все свои прелести она подчёркивала нарядами порой откровенными до бесстыдства.
До сих пор не могу прийти в себя. В голове – каша из вины и дикого возбуждения. Всё началось с дурацкой идеи провести выходные на старой даче. Я, моя жена Катя и мой лучший друг, Сергей. Мы с ним как братья, юность…
Это была моя третья командировка за год, но первая, на которую я летела одна. Муж провожал меня в аэропорту с тем странным блеском в глазах, который я научилась узнавать. Он обнял меня, прошептав на ухо: «Представляю, как ты там… разойдёшься.
Опять этот корпоратив. Я ждал до трёх ночи, ворочался в холодной постели и прислушивался к каждому шороху в подъезде. А когда она наконец вернулась, то ввалилась в прихожую не как обычно — уставшая и сонная, а… другая.