Групповуха в туалете
Прошлым летом я вместе с женой Мариной отправился в отпуск в Сочи, где мы остановились в маленьком отельчике под немудрёным российским названием «Гостевой Дом Антонины», что всего за тысячу рублей в день.
Прошлым летом я вместе с женой Мариной отправился в отпуск в Сочи, где мы остановились в маленьком отельчике под немудрёным российским названием «Гостевой Дом Антонины», что всего за тысячу рублей в день.
Меня зовут Наташа, я красивая девушка, мне 26 лет, замужем. Хочу рассказать про свою необычную работу, она с одной стороны высоко оплачивается, а с другой я должна выполнять все приказы и поручения своих хозяев, а они…
Примерно месяц назад мы с мужем приняли одно непростое решение, которое можно сказать спасло наш брак, ну хотя это конечно громко сказано, но все таки. Мне 22 года, муж почти на 10 лет старше меня.
Вчера вечером, когда жара ушла, я поработав немного в огороде пошла в душ. Душ у меня стоит на меже с соседкой бабой Надей в саду. Только открыв воду услыхала сквозь шум воды голос соседки. Прикрыв воду - прислушалась…
Никогда не думал, что в сорок три года моя жизнь сделает такой крутой вираж. А началось все с банальной фразы врача в районной поликлинике, куда я загремел с дикими болями в пояснице.
Уже много лет я нахожусь в безграничной власти Её Величества, королевы Иллирии. Я — её личный слуга, чья жизнь без остатка принадлежит трону. Каждый прожитый мною день…
Это желание выросло из её фантазии о полной смене контекста. Мы сняли дом в глухой деревне на границе трёх областей — настоящая глушь, где мобильная связь ловила только на крыльце и то в ясную погоду.
Мой друг Дэн был человеком широких взглядов, но даже от него я такого не ожидал. Мы сидели в бане на его даче, разморенные жаром и пивом, когда он вдруг замолчал…
Всё началось с неожиданного звонка. Ирина, наша давняя знакомая ещё по универу, попросила помочь с ремонтом на даче — мол, крыльцо подгнило, сарай покосился, а мужских рук нет.
Мы с Алисой задержались после последней пары в полупустой аудитории. За окном уже смеркалось, корпус опустел, и только наши голоса эхом отдавались от высоких потолков.