Однажды пошли на хутор, там была очередная вечеринка. С разных деревень собирались люди. В тот вечер то она напилась и мы потеряли её. Нашли минут 20 спустя. В лесу неподалеку. Какие-то парни, человек 7—8 развлекались с ней. Ну тогда мы встряли и драка была масштабная из за неё. Она тогда голая прыгала () между нами, кричала, что сама согласилась. Тот вечер стал каким-то переломным. С тех пор она иногда без нас на хутор на вечерники ходила. Познакомилась с новыми парнями. Мы перестали общаться на какое-то время.
За ней стали заезжать соседские пацаны, либо она сама к ним бегала. Поговаривали, что она со всеми пацанами, из соседней деревни, перетрахалась.
Один раз шла километров 5 по трассе голая. Пошла в соседнюю деревню на гулянку в дом какого-то богатого пацана. Там то её оприходовали серьезно. Выгнали потом из дома и шла она по трассе голая до самого дома. История эта быстро по деревне разлетелась. Вот и стали твою мать все называть «шлюхой», «шалавой». По сути такой она и стала. Он уже не скрывала своего распущенного поведения. Стала бегать по деревне в одной футболке длинной, чуть задницу закрывающую. Босиком. Ходила летом в таком виде по деревне, искала с кем по-трахаться. Мы её тогда специально игнорировали. Вот она и пошла по разным мужикам, которые вдвое старше её были.
Бабки шептаться начали. Мол шалава малолетняя всю деревню позорит. В след ей кричали. Но ей было всё равно. У твоей матери было буйство матки. Порой прогуливаешься по деревне, видишь её уже где то ебут. То в леске напротив, то прямо возле домов.
Это было её последнее лето до отъезда. Родители её всё лето работали в городе, а бабка не могла за ней уследить. Бабка младшую сестру Ленку оберегала. Вот твоя мать и разошлась. Мы боялись, что она чего нибудь подхватит, если так и будет раздвигать дырки перед первым встречным. Всегда пила противозачаточные таблетки. Ездила за ними в город.
Из тех времен, если в вкратце, её день проходил так. Просыпается, приводит себя в порядок, ест, одевает широкую белую футболку на голое тело и идёт гулять. Иногда босая иногда в сланцах. Совсем перестала за собой следить. Один раз я лично застал её за этим блядским делом. Пошёл я в магазин. Увидел за магазином трутся цыгане, несколько человек. Завернул за угол и обомлел. Твоя мать, как собака, стояла на колеях, выпятив пятую точку и принимала члены в задницу. 5 цыган там стояли. Мне пришлось уйти, я ничего уже не мог поделать. Она окончательно пала.
Это было последнее воспоминание. Потом она уехала и приезжала редко, мы только здоровались и всё. Говорят потом женилась. Сына растила.
Правда один раз мы-таки встретились. Ей уже было лет 30. Женатая. Мать. Однако аппетит к сексу не потеряла, мы втроем её трахнули тогда, потом пришли охламоны Бориса и они её отъебали. Но потом снова затишье.
Вон Димка рассказывал, что они её иногда поебывают. Но мне больше не приходилось.
На этом рассказ Семёна закончился. Я жадно ловил каждое слово и всё сильнее поражался услышанному. Дима попросил показать Семёна фотографии.
Фотки действительно были, но мало. Около 12 черно белые ещё. Год 84—85. Красивая молодая девушка, обнаженная на лугу в разных позах. Одна фотография, как сказал Семён памятная. Вся компания сидела на траве под дубом. Шестеро молодых парней и голая девушка посередине. Последняя фотка была довольно грязной, но она была единственная такая. Фотография была сделана снизу вверх. Мокрая щелка, с вытекающей спермой, крупным планом внизу фотографии и голова матери, сосущей чей то член вверху. Это фотографию я запомнил больше всех.
Я попросил Семёна никому не говорить, о том, что этот разговор состоялся. Никто не должен знать о моей осведомленности о сексуальных похождениях моей матери. Он пообещал. Мужик оказался очень хорошим, умным.
От Семёна мы ушли часа в 2 ночи. Когда я пришёл домой все уже спали и мать в том числе.
Продолжение деревенской истории не за горами...